HomePage
Карта сайта
Как со мной связаться?
Отправить мне E-mail
Анкетные данные автора
Кафедра анестезиологии и реаниматологии СПб МАПО
Специализация автора
Профессиональное увлечение автора
Научные публикации автора
Личный политический опыт автора
Культура, язык, история СССР
Технические идеи, до окторых пока не дошли руки
Кое-что о Лебединских...

ИСКУССТВЕННОЕ ПИТАНИЕ: КОНЦЕПЦИИ И ВОЗМОЖНОСТИ

Вадим Юрьевич Гришманов – аспирант кафедры анестезиологии–реаниматологии и неотложной педиатрии с курсом ФПК и ПП СПб государственной педиатрической медицинской академии.

Константин Михайлович Лебединский – к.м.н., доцент той же кафедры.

Проблема искусственного питания в тех случаях, когда пациент не может, не хочет или не должен есть, по-прежнему остается в отечественной медицине одной из первоочередных. «Банальные» вопросы кормления больных остаются на периферии внимания многих реаниматологов, хотя изданы и широко известны капитальные монографии по нутрициологии – достаточно назвать работы А. Л. Костюченко или А. Вретлинда и А. В. Суджяна. Обилие представленных на рынке растворов и смесей из-за их дороговизны никак не влияет на рацион «неплатежеспособного», т. е. самого массового, отечественного пациента. Знакомство с физиологией не мешает подчас назначать анаболические стероиды в отстутствие какой–либо питательной поддержки, а среды, предназначенные для пластической ассимиляции, вводить в первые несколько суток после крупных операций. Все эти противоречия делают актуальным напоминание о некоторых принципах и возможностях современного искусственного питания.

Как и естественное, искусственное питание должно решать несколько сопряженных задач: поддержание водно-ионного баланса организма с учетом потерь воды и электролитов, энергетическое и пластическое обеспечение в соответствии со свойственным данному этапу развития уровню метаболизма. Именно состояние питания во многом определяет способность пациента переносить болезни и критические состояния в связи с травмой, инфекцией, хирургической операцией и т. п., с меньшими функциональными потерями и более полной реабилитацией.

Исследования отечественных и зарубежных специалистов позволили выдвинуть три основных принципа искусственного питания. Это, во-первых, своевременность начала его проведения, позволяющая исключить развитие труднообратимой кахексии. Во-вторых, оптимальность сроков осуществления искусственного питания, которое в идеале должно проводиться до полной стабилизации трофического статуса. Наконец, в-третьих, должна соблюдаться адекватность искусственного питания в отношении как необходимых норм обеспечения, так и его качества по содержанию незаменимых и заменимых нутриентов, не только энергодающих, но и пластических факторов (незаменимые аминокислоты, незаменимые жирные кислоты, электролиты, микроэлементы и витамины).

К этим классическим положениям можно добавить и еще одно, не менее важное, правило: решающим критерием для оценки и коррекции искусственного питания должен быть не априорный план и расчет , сколь современны и совершенны бы ни были лежащие в их основе алгоритмы. Клинический, точнее, клинико-физиологический результат , контролируемый ежедневно по ясно осознаваемым и однозначно интерпретируемым показателям – вот единственно правомерная база принятия решений в этой, как, собственно, и в любой другой области терапии.

Существует два основных вида или способа искусственного питания – энтеральный (зондовый) и парентеральный (внутривенный).

Сама возможность парентерального способа и его техническая основа полностью вытекали из развития инфузионной терапии в целом. Несмотря на то, что изображения внутривенных инфузий появляются уже на страницах средневековых книг, а в 1831 году Thomas Latta впервые осуществил внутривенные вливания растворов поваренной соли больным холерой, потребовалось не одно десятилетие, прежде чем инфузионная терапия превратилась из экстремизма в повседневную рутину. Её прогресс определялся прежде всего уровнем понимания не только состава крови и плазмы, но их физико-химических свойств и – главное ! – ближайшей метаболической судьбы вводимых в сосуды веществ. И хотя еще в 1869 году И.Р. Тарханов в России и Р. Конгейм в Германии экспериментально показали, что внутривенным вливанием солевых растворов можно поддерживать жизнь обескровленного животного, эпохой массового внедрения кристаллоидных плазмозаменителей стала первая мировая война.

С публикации работы R.T. Woodyatt , W.D. Sansum и R.M. Wilder (1915) началось широкое клиническое применение внутривенного введения раствора глюкозы как одного из основных пищевых субстратов. Параллельно развивались представления о динамике трофического гомеостаза в условиях постагрессивной метаболической стресс-реакции на повреждение любого рода. Основу современных взглядов на эту проблему заложили проведенные в середине века D.P. Guthbertson, F.D. Moore и J.M. Kinney исследования метаболизма после хирургической агрессии. Хотя они касались прежде всего метаболизма белков и потери азота организмом, перенесшим травму, а также неизбежных при этом электролитных расстройств, их результаты легли в основу агрессологии и сыграли решающую роль в развитии парентерального искусственного питания.

Азотистое парентеральное питание начиналось с гидролизатов белка, представлявших собой смеси поли- и олигопептидов различного молекулярного веса. Однако неспособность наших протеолитических систем, локализованных вне желудочно-кишечного тракта, к гидролизу подобных субстратов существенно снижала их питательную ценность и нередко побуждала использовать гидролизаты для зондового питания. Хотя до последнего времени еще можно было услышать о «питании» больных инфузиями альбумина, реальный срок полного гидролиза этого белка вне ЖКТ, достигающий 70 суток, наглядно иллюстрирует тщетность таких надежд.

В 1943–1944 гг. в Каролинском институте в Стокгольме Arvid Wretlind создал диализированный гидролизат казеина – аминозол, который до сих пор считается одним из лучших среди аналогов и даже продолжает выпускаться. В нашей стране создание качественных белковых гидролизатов как парентеральных источников аминного азота стало возможным в шестидесятые годы благодаря работам А.Н. Филатова (ЛИПК) и Н.Ф. Кошелева (ВМедА).

Прямая зависимость между степенью гидролиза протеина и возможностями его ассмиляции привела к следующему логическому шагу – смесям свободных синтетических L -аминокислот. Появилась возможность воплотить в реальность классические рекомендации по соотношению аминокислот, выдвинутые W.C. Rose еще в 1934–1935 гг. (он же, кстати, в 1938 году сформулировал положение о незаменимых аминокислотах). Внутривенное введение именно таких препаратов при условии достаточной энергетической поддержки углеводами и жировыми эмульсиями действительно обеспечивает жизненно важный синтез собственного протеина. Итак, дальнейшие развитие шло уже в направлении создания аминокислотных смесей – как общего назначения (Aminosteril, Moriamin, Freamin, Vamin и др.), так и специальных – например, безопасных на фоне печеночноклеточной (Hepasteril, Aminosteril-Hepa) или почечной (Nephramin, Aminosteril-Nephro) недостаточности.

Сочетание углеводного и азотистого компонентов, наряду с отработкой техники катетеризации магистральных вен, впервые создало возможность длительного полного парентерального искусственного питания. Приоритет такого подхода, получившего название «американского метода» , принадлежит американцу Stanley Dudrick и его сотрудникам. Согласно данным этой группы (1966–1971), энергетические потребности могут быть покрыты концентрированными растворами глюкозы, а пластические – с помощью гидролизатов белков или других аминокислотных препаратов с добавлением электролитов, витаминов и микроэлементов. Оказалось, что полное удовлетворение углеводами первоочередной и безусловной потребности организма – энергетической – позволяет ему использовать аминокислотный «излишек» для пластических нужд. Эти исследования впервые убедительно доказали возможность не только адекватного пластического обеспечения пациентов в постагрессивном периоде или длительного, многомесячного питания больных с выраженной недостаточностью кишечного пищеварения, но и нормального развития детского организма, получающего только парентеральное питание.

Однако введение больших объемов высокоосмолярных растворов создавало самостоятельные проблемы – от осмодиуреза до флебитов, а отсутствие в «схеме Дадрика» жирового компонента не позволяло сделать парентеральное питание в полной мере адекватным. Больные нередко страдали специфическими дерматитами и другими осложнениями, вызванными дефицитом незаменимых жирных кислот – линолевой, линоленовой и других.

Дальнейшее развитие парентерального питания требовало более полного и всестороннего восстановления трофического гомеостаза. Так называемый «европейский метод» полного парентерального питания, в отличие от американского, предполагает сочетание растворов моносахаридов и аминокислотных смесей с жировыми эмульсиями. Создание в 1957 году в лаборатории A . Wretlind на основе соевого масла высокодисперсной жировой эмульсии «Интралипид» и проведение ее широких клинических испытаний представляли первый важнейший шаг в этом направлении. Еще раньше стала ясна кофакторная роль гепарина в усвоении жировых эмульсий, состоящая в активации липопротеин-липазы (H. Endelberg, 1956).

Вначале трудности совмещения разнородных ингредиентов в одной программе были связаны с необходимостью точного соблюдения пропорций, темпа и последовательности введения каждого из них, что требовало нескольких точно регулируемых инфузионных насосов. Современные технологии стерилизации и стабилизации pH сделали возможным производство комбинированных сред, сочетающих как углеводы, так и аминокислоты без деструкции последних в реакции Мейлларда. Это привело к созданию препаратов типа « Aminomix 1» или « AKE 3000» (Fresenius), содержащих аминокислоты, моносахариды и полиолы в концентрациях, обеспечивающих адекватное питание при сбалансированном объеме жидкостной и электролитной нагрузки. Такой подход упрощает саму методику парентерального питания, позволяя использовать ее не только в условиях клиники, но и дома в течение многих месяцев. Это направление нашло дальнейшее развитие в концепции комплексного внутривенного питания «все в одном» .

Она состоит в совмещении в одном флаконе непосредственно перед использованием всех ингредиентов питания (углеводов, жиров, аминокислот, электролитов, микроэлементов и витаминов) с последующей круглосуточной инфузией полученной смеси. Технология была разработана и впервые внедрена C. Solasson и H. Joyeux в госпитале Монпелье в 1972 году. Исследования доказали стабильность различных питательных субстратов, совмещаемых в одном контейнере. Был найден и оптимальный материал для контейнеров: оказалось, что это может быть только этилвинилацетатная пленка, но не поливинилхлорид, из которого липиды питательной смеси экстрагируют токсичный диэтилфталат. Для исключения бактериального и грибкового загрязнения инфузионный тракт должен включать фильтр, задерживающий частицы крупнее 1,2 мкм.

При этом методе плотность небелковых калорий доводится до 159,6 ккал на 1 г азота, что близко к оптимальному соотношению 150/1. Оказалось, что жировые эмульсии лучше переносятся и усваиваются при реализации именно этой схемы. Исключается повреждение стенок вен и легочной паренхимы высокоосмолярными растворами, снижается риск метаболических расстройств, характерных для полного парентерального питания. По мнению M. Deitel (1987), к главным преимуществам комплексного парентерального питания «все в одном» относятся:

•  минимум манипуляций с ёмкостями, содержащими питательные субстраты, а следовательно, и минимальный риск инфицирования инфузионных сред и систем;

•  экономия времени персонала, расходных материалов и технических средств (инфузионных систем, насосов-инфузаторов);

•  бoльшая свобода движений больного при продолжающейся инфузии;

•  возможность проведения парентерального питания в более комфортных домашних условиях.

Однако массовое внедрение технологий парентерального питания поставило на повестку дня проблему осложнений – технических, метаболических, органопатологических, септических и организационных или экономических.

Технические осложнения связаны с сосудистым доступом, катетеризацией вен и уходом за катетерами. Среди них как потенциально летальные наиболее опасны гемо- и пневмоторакс, повреждения вен с развитием кровотечения, перфорация камер сердца с тампонадой перикарда, нарушения ритма и воздушная эмболия.

Метаболические осложнения возникают, как правило, в связи с неадекватным проведением парентерального питания и включают нестабильность уровня глюкозы крови, нарушения метаболизма вводимых триглицеридов, кислотно-основного равновесия и электролитного состава внеклеточной жидкости.

К органопатологическим осложнениям относят, например, острую дыхательную недостаточность и нарушение функции печени.

Септические осложнения связаны с инфицированием катетера, инфузионного тракта или самих вводимых растворов.

Организационные проблемы, особенно актуальные сегодня для нашей медицины, вытекают из дороговизны растворов аминокислот и жировых эмульсий, а тем более современных систем для программированного введения таких растворов и аппаратуры, позволяющей оценивать адекватность искусственного питания – например, так называемых газовых метаболографов.

Все это, в частности, послужило основой для расширения использования различных вариантов зондового питания, наиболее популярного в тот период, когда возможности парентеральной нутриционной поддержки были еще весьма ограничены. На протяжении последних 10–15 лет за рубежом отработаны протоколы, стандарты и схемы, возрождающие старый, но более физиологичный способ на основе новых принципов и технологических возможностей.

Питание через зонд по-прежнему показано, если оральный прием пищи невозможен, например, при челюстно-лицевых операциях, повреждениях пищевода, нарушении сознания, отказе от пищи. Точных формализованных границ перехода от парентерального к энтеральному питанию не существует; решение всегда находится в компетенции лечащего врача. Для того, чтобы раньше перейти к энтеральному питанию, используется усиленное парентеральное питание, способствующее постепенному восстановлению функций пищеварения и резорбции.

Основой возрождения энтерального искусственного питания стали сбалансированные диеты – смеси питательных веществ, позволяющие качественно и количественно покрыть потребности организма и выпускаемые в готовой к употреблению жидкой форме или в виде порошков, разводимых в воде. Сбалансированные диеты разделяют на низко- и высокомолекулярные. Энергоносителями низкомолекулярных диет являются преимущественно углеводы, а в высокомолекулярных преобладают натуральные протеины – мясные, молочные, соевые. Содержание витаминов, минеральных веществ и микроэлементов регулируется в соответствии с клинической ситуацией и количеством основных нутриентов. Важным преимуществом сбалансированных диет является возможность их индустриального производства.

Самым популярным вариантом доступа к пищеварительному тракту остается использование назогастральных и назоэнтеральных (назодуоденальных, назоеюнальных) зондов-катетеров. Они различаются по длине, форме, материалу изготовления, могут быть однопросветными и двухпросветными, с разноуровневыми отверстиями, что позволяет помимо питания решать ряд других задач.

По-прежнему часто используется наиболее простое зондирование желудка через нос или рот; интестинальное введение зонда облегчают различные оливы. В последнее время наряду с нитевидными трансназальными зондами длительного использования из силоксанового каучука и полиуретана появились системы для перкутанной эндоскопической гастростомии и пункционной катетерной еюностомии, решающим косметические проблемы. Большой вклад в методику постановки зондов-катетеров внесло развитие эндоскопической техники, позволяющей безболезненно и атравматично осуществлять эти манипуляции.

Важным этапом развития технологии стало внедрение насосов–инфузаторов, обеспечивающих непрерывное равномерное введение растворов. Они бывают двух видов – рефрижераторные и малогабаритные индивидуальные, с помощью которых можно только вводить смеси в заданном темпе. Подача смеси может осуществляться круглосуточно, без нарушения ночного отдыха. В большинстве случаев это позволяет также избежать осложнений в виде ощущения полноты в желудке, тошноты, рвоты и поносов, нередких при порционном введении сбалансированных смесей.

До недавнего времени искусственное питание было прерогативой клиники; сегодня стало возможным продолжать его и в домашних условиях. Успешное проведение амбулаторного искусственного питания требует обучения больных и предоставления им специальной иллюстрированной литературы. После краткой консультации в клинике пациент получает систему для проведения искусственного питания; постоянное консультирование гарантируется ему и далее.

Когда энтеральное питание оказывается невозможным, длительное парентеральное питание также может проводится в домашних условиях через имплантированный постоянный венозный катетер. Ночные инфузии делают пациента мобильным, позволяя ему днем заниматься привычными делами. Возвращение домой, к семье и друзьям, значительно улучшая качество жизни, благоприятно влияет на общее состояние пациента.

Таким образом, современный уровень научных представлений и технологий искусственного питания позволяет решать клинические задачи, недоступные еще 20–30 лет назад. Стали совместимыми с жизнью и даже нормальным ростом обширные резекции кишечника, несостоятельности дигестивных анастомозов, тяжелейшие пороки развития ЖКТ. Однако прежде, чем новейшие достижения в этой области станут в нашей стране повседневной (и повсеместной !) реальностью, предстоит проделать еще достаточно большой путь, главным условием которого является последовательная, фундаментальная и объективная образовательная программа.

 

© В.Ю. Гришманов, К.М. Лебединский, 2000

 

Комментарии на злобу дня
Page with essential information in English
Свежие и обновленные материалы сайта